Порядок вещей (Vit&Fit)

ПОРЯДОК ВЕЩЕЙ

Алексей Ултургашев, художник, работает в стиле археоарт (обработка древних наскальных рисунков в современной стилизации), Лауреат премии «Тюрксой» по живописи, участник семи творческих лабораторий, проходивших в Турции и на Кипре. Персональные выставки художника проводились в Лондоне и Париже. В Абакане познакомиться с работами Алексея Ултургашева можно в выставочном зале «Чалтыс».

Дизайнер и художник - разные понятия. Дизайнерская работа — это специальность, живопись — творчество.

Творческая зависть - нужная вещь, она зачастую является стимулом, двигателем для творчества.

У художников свой язык. Мы говорим: «красить» картины, вместо «писать», и называем кисти «щеточками».

Я не вижу в этом мире ничего реального, на что я мог бы променять творчество.

Я вырос в детдоме

  

В детстве я был хилым и слабым. Ребята играли в футбол и занимались борьбой, а я вытачивал из мела фигурки людей и зверей.

Я мог бы стать пожарным. В интернат пришли три брони на поступление в Иркутск. Директор убеждал меня: выучишься на пожарного, вернешься, первым человеком в районе будешь. А я решил стать художником.

На экзаменах в Суриковское училище я отдал другу сюжет картины: масштабная стройка на фоне старых покосившихся домов. Он эту тему развил и получил двойку. Я нарисовал что-то юртообразное, с национальным колоритом и поступил.

Я работал в Риге художником оформителем. Изготавливал люстры и светильники на ленинградском заводе, торговал картинами на Арбате. Закончил художественное училище им. В. И. Сурикова в Красноярске. В Санкт-Петербурге получил специальность «дизайнер интерьера» в знаменитом Мухинском училище (сейчас: высшая художественно-промышленная академия им. А. Л. Штиглица). А как художник состоялся в Хакасии.

Меня всегда интересовало искусство древних, таинство шаманских обрядов. А когда увидел наскальные рисунки воочию, был впечатлен их совершенством, масштабом, изяществом, красотой. Первым в Хакасии, кто стал применять метод копирования петроглифов на миколенте, был художник Владимир Капелько, но он фиксировал изображения строго документально, согласно историческим периодам. У меня же в одной композиции могут соседствовать рисунки таштыкской и окуневской культуры. Историки такой подход не одобряют, они считают, что смешивая эпохи, я вношу путаницу в умы подрастающего поколения: писаницы разрушатся, а картины останутся, и по сюжетам на них люди будут введены в заблуждение. Сточки зрения науки они, конечно, правы, нос позиции художника историческая правда — дело второстепенное.

Мистика в творчестве любого художника присутствует. И особенно, если он работает в технике «археоарт». Нужно к этой теме со всей серьезностью относиться, чтобы не было неприятных последствий.

Духи бывают мстительными - я в этом не раз убеждался. На одной из картин изобразил шамана с бубном, а колотушку забыл написать. Начались всевозможные неурядицы: проблемы со здоровьем, безденежье, невезение. Видимо, духи обидились: чем шаман в бубен будет бить? Я спохватился — колотушку пририсовал, вроде бы несчастья отступили.

Некоторым людям мои работы принесли удачу. У меня есть знакомый, который уверен, что успехом в бизнесе он обязан моим картинам.

Шаманизм - для меня не религия, а объект куль1*уры, православные иконы — объект веры.

С друзьями как-то обсуждали тему творчества и пьянства. Художник такой-то пьет? Пьет. Великий… А этот пьет? Пьет. Тоже великий. А вот тот не пьет. Посредственность… Я нашел такое объяснение этому феномену: Бог дает художнику увидеть намного больше, чем другим и за это больше искушений посылает.

У меня масса пороков. Я люблю красивых женщин и выпивку.

Многие женщины остались обижены на меня. Я тратил деньги не на них, а на холсты и краски. Творчество ревниво, это не я сказал, а кто-то из классиков.

Раньше вступить в Союз художников было великой честью. Сейчас молодые люди не хотят заниматься живописью. Им нужен быстрый результат и быстрые деньги.

Молодыми у нас считаются художники в сорок, пятьдесят лет.

Мы осиротели, когда ушли из жизни такие художники какТопоев, Бур-наков, Капелько.

В Минусинске была очень сильная школа художников. Они все вокруг Капелько объединялись, в Абакан приезжали на мотоциклах, как рокеры. Мы их звали: «капелевская банда». Не стало Капелько, и пропало объединяющее начало.

Нынешнее время - не мое. Точнее сказать, время не моей эстетики.

Коллекционирую старинные вещи: кухонную утварь, предметы быта. Без них было бы постно и скучно.

Хотел бы стереть из памяти некоторые отношения - лишние, ненужные: не хочу человека видеть, а он все равно появляется — приходится его терпеть. Ситуации были, о которых предпочел бы забыть. А что сделаешь — все что было с тобой — твоя жизнь…

Друзья, которых приобрел в юности - самые надежные. У меня есть школьный друг-хирург, который заботится о моем здоровье, следит, чтобы не загулял.

Дружба, возникшая в зрелые годы лишена бескорыстия юности, она, как правило, строится на взаимной выгоде.

Стыдно признаться, но я до сих пор не умею пользоваться интернетом. Последний раз, когда на «Тюрксое» был, все визитками обмениваются — у каждого электронный ящик указан, а у меня только сотовый. Но я сейчас этот пробел восполняю: купил ноутбук, собираюсь установить интернет.

В разные периоды жизни мне нравились разные художественные школы. Сейчас особенно близки по духу художники 30-х годов: Кандинский, Малевич.

Записала: Елена Мельникова

zoofirma.ru